О гостеприимстве

Для многих прилетающих на Мальдивы эта страна не первая в списке южноазиатских. За спиной нередко Индия или Шри-Ланка, а значит, неминуем легкий шок от контраста. Попривыкнув к толчее и любопытству индийцев и ланкийцев, вы словно попадаете под холодный душ: никто жадно вас не разглядывает, не рвется общаться и даже не стремится на вас подзаработать. Одних такая предоставленность самим себе только порадует, других подобное равнодушие островитян, возможно, заставит почувствовать себя почти оскорбленными. Однако в их поведении нет намека на высокомерие и тем более вызова, как нет и намерения скрыть свое истинное отношение, что характерно, к примеру, для вьетнамцев и тайцев. Мальдивцы искренне равнодушны к иностранцам и всему инородному, и выяснить подоплеку этого равнодушия наверняка значило бы понять о них многое.

Конечно, первой на ум приходит мысль об исторической независимости народа. По крайней мере, если на протяжении последних двух тысяч лет обитатели Мальдивских островов и подвергались захвату чужеземцами, то довольно быстро избавлялись от их власти, как произошло это с португальцами пять столетий назад. Если же привлекали иностранцев к правлению, то на взаимовыгодной основе — вспомним протекторат англичан в XIX — XX веках. И все же история лишь подтверждает факт национальной самодостаточности мальдивцев, но не объясняет его. Она же уводит от другой возможной параллели — с жителями Страны восходящего солнца. Упорная отчужденность сродни японской никогда не была для мальдивцев самоцелью.

Прямое доказательство тому — в их жилах течет кровь потомков дравидов, сингалов, арабов, африканцев, малайцев. Осталось неизвестным, кого первым занесло на коралловые атоллы вблизи Индостана. Тур Хейердал после своих раскопок предположил, что за тысячелетия до новой эры это вполне могли быть представители европеоидной расы — высокие и светлоглазые. Неоспоримо лишь то, что нынешняя этническая общность сложилась в результате контактов с мореплавателями, бороздившими Индийский океан в разных направлениях и частенько попадавших на мели и в водовороты у коварных островов. Уцелевшие моряки обменивали пряности и рис на красивые раковины каури и оставляли потомство. Мальдивцы и в прежние времена умели не превращать брачные узы в цепи.

Результаты давних кровосмешений сегодня радуют глаз. Кожа у островитян почти такая же, как у дравидов южной Индии и сингалов Шри-Ланки, и все же иная — более глубоких кофейных тонов, без синих и красных оттенков. Встречаются и чернокожие мальдивцы — с островов, населенных переселенцами из Африки и Мадагаскара. Изолированность атоллов породила внешнее разнообразие типов, однако рослых и крупных островитян немного. Как и повсюду сейчас, молодое поколение сильно опережает родителей в росте. Что удивительно, молодежь еще и гораздо красивее. Мне так и не удалось понять, связано это с преображением мальдивцев в последние десятилетия или просто с возрастом они утрачивают внешнюю привлекательность — разумеется, с нашей, западной, точки зрения.

Число же юных красавцев внушительно. Неплохой рост, безупречный разворот плеч, идеальные пропорции и правильные черты лица, вдобавок грация и обаятельная улыбка. Но и это не все — мальдивские парни большие пижоны, и веяния моды вроде отращивания волос, мелирования и дредов находят у них умелое применение. От окончательной зачарованности меня спасли только их почти повальная субтильность и дурацкая мода на клочковидную бородку — странная уступка исламу. Мальдивские девушки тоже хороши собой, невероятно женственны и чудовищно кокетливы. Под влиянием кокетства их приверженность исламу забавно модифицировалась в ношение цветных платков вместе с джинсами и облегающими блузками. Глядя на их отнюдь не робкое поведение с ровесниками, охотно веришь в древние предания о матриархате и вспоминаешь о султаншах Средневековья.

Переняв у Запада внешнюю атрибутику, мальдивцы по существу остались теми же. Даже эмансипация оказалась им ни к чему. Женская шея на Мальдивах всегда была достаточно крепкой, чтобы вертеть мужской головой как заблагорассудится. Умение островитянок превратить слабость в страшную силу вызывает зависть! Им не приходится просить своих мужчин. Достаточно намека, и брат, муж, отец или сын примчится сопроводить хотя бы попросту в магазин или к врачу. Правда, есть оборотная сторона медали. Проявлять инициативу и принимать ответственные решения женщине тоже приходится самой. Но, по-видимому, местных дам это не слишком напрягает.