Кроме дайвинга

Дайверы, как и прочие существа, предназначенные для жизни на суше, испытывают время от времени законную потребность хотя бы потоптаться на ней. И Мальдивы этому нисколько не препятствуют! Первая вылазка с корабля происходит обычно день на третий, когда самая острая жажда ныряния уже утолена. Островов в архипелаге больше тысячи, около 70% необитаемы, но каждый кому-нибудь да принадлежит. Официально вся мальдивская суша — собственность государства, передаваемая во владение компаниям и частным лицам, а фактически — продаваемая и легко меняющая хозяев. Самовольная высадка на остров чревата штрафом — здесь принято предупреждать о визите и платить гостевую пошлину (от 2 до 30 долларов с человека), даже если причалили просто размять ноги.

На острове-курорте временные гости вправе искать любых развлечений, лишь бы оплатили счета и покинули берег в условленное время. Яхты редко выбирают “жертву” среди скромных отелей, предпочитая ресорты с хорошим набором ресторанов и анимацией. Конечно, сервис для дайверов не самоцель, но после усиленного закармливания рыбой в кубрике корабля лазанья и ресторанная сервировка доставляют такую искреннюю радость, какую мало кто из обычных путешественников испытывал. Однако к чести дайверов надо сказать — после таких визитов им и в голову не приходит поменяться местами с сухопутными туристами. С некоторым высокомерием и жалостью даже взирают они на своих оседлых собратьев и с чувством глубокого удовлетворения — на расценки отельных баров: пусть и дорог на российский пересчет алкоголь на яхте, а все дешевле, чем на курорте!

Необитаемые острова при ближайшем рассмотрении не такие уж безлюдные — почти наверняка на большинстве из них есть смотритель. Это ведь только на картинках прибрежный песок всегда безупречно чист, а на деле его усердно замусоривают океан и древесная листва. Вот и нужен кто-то, приводящий пляжи в божеский вид и заодно следящий, чтобы гости увозили с собой остатки пиршеств. Пикник организует команда яхты, делая это непринужденно и мастерски! Стол создают прямо из песка, которому искусно придают форму гигантской рыбины, со светом луны и звезд соперничает свет зажженных свечей, и шорох волн тонет в нарастающем гуле барабанов.

Если в команде есть умеющие по-настоящему танцевать мальдивский бодуберу, а такое иной раз бывает, робинзонам гарантированы сильнейшие впечатления. Мальдивцы — народ скорее меланхоличный, но в этом проафриканском танце, который исполняют полуобнаженные мужчины под бой больших барабанов, они проявляют недюжинный темперамент. После такой экспрессии дайверам ничего не остается, как сымпровизировать дискотеку в стиле всех прошедших годов и отойти ко сну тут же, под сенью пальм.

Поездки на обитаемые острова взывают к сдержанности. Если жителей столицы давно не удивишь наготой, провинциалы, как обычно и бывает, — люди консервативные. В островных деревнях мастерят лодки, рыбачат и вялят рыбу — неспешный промысел немногих живущих там взрослых. Деревенская молодежь работает на курортах, но при любой возможности навещает родных. Правда, возможностей мало: отпуска редки и путь домой зачастую неблизок. В родной деревне подрастают и дети молодых пап — на курортах разместить семьи персонала просто негде. Подолгу разлученные пары принимают ситуацию спокойно: на островах, где супруги большую часть жизни вынуждены проводить порознь, она закреплена веками. Но одно из ее последствий — самый высокий процент разводов в мире. Свадьба — не торжество, развод — не трагедия, многие женаты и замужем не единожды. Но никакие семейные перипетии не мешают мальдивцам проявлять гипертрофированную ответственность за своих детей и стариков.